• 2 Октября 2021

2 октября отмечается Всемирный день уролога

«Экстремальных случаев в операционной было много, вспоминаю как во время операции выключился свет и операцию пришлось заканчивать в потёмках, практически на ощупь»

new_202110021.jpg

В преддверии Дня уролога мы поговорили с врачом высшей квалификационной категории Латыповым Энесом Ахатовичем, который более 40 лет в профессии и большую часть из них работает в урологическом отделении Нижневартовской окружной клинической больницы. Энес Ахатович поделился с нами как пришёл в профессию, с чем сталкивался на протяжении трудовой деятельности и что подогревает интерес к работе по сей день.

- Энес Ахатович, откуда вы родом и как выбрали профессию врача?

- Родом я из Петропавловска-Камчатского, там родился, учился в школе и после ее окончания поступил в Казанский государственный медицинский университет. Моя мама медработник, поэтому ее наставления, ее рассказы, ее желание сподвигли меня к выбору профессии. С детства я знал, что буду врачом, не было других вариантов.

- Урология во время окончания Вами университета была не самым популярным направлением. С чем был связан выбор специальности?

- Да, урология не была популярна в то время. В самом начале я работал хирургом. Мой трудовой путь начинался в Казани, затем в районе работал участковым в больнице, на самом деле кем я только не работал: оказывал гинекологическую помощь, терапевтическую и педиатрическую. В сельской местности не хватало врачей, поэтому даже главным врачом успел поработать. Затем отработав положенные три года, в 1984 году приехал в Нижневартовск и тут уже стал работать урологом.

new_202110022.jpg

- Почему именно в Нижневартовск?

- В Казани познакомился с женой, а ее родители уже жили здесь, и она часто приезжала в Нижневартовск. Мы и переехали следом. Здесь тоже начинал хирургом и в силу обстоятельств - нехватки кадров, первый заведующий урологическим отделением Бородин Геннадий Семенович брал меня на замещение отсутствующего, потом Геннадий Семенович предложил перейти в урологию. Я советовался со старшими коллегами, в частности с врачом- хирургом Костюком Антоном Степановичем, он тоже настоятельно посоветовал переходить в урологию. И вот где-то с конца 1986 года я начал трудиться в урологическом отделении, где и продолжаю работать по сей день. Понял, что мое, да и все равно это хирургический профиль, прошел первичную специализацию, затем совершенствование проходил и понравилось.

- В начале трудовой деятельности встречаются трудности, с чем Вам пришлось столкнуться?

- Было достаточно трудностей, потому что урология вроде бы и хирургический профиль, но совершенно другой. В хирургии, например, более четкое разграничение - надо делать операцию или не надо, а в урологии более консервативные методы лечения и более гибкие, не всегда определяются четкие показатели. Если в хирургии нужно удалить аппендицит, то надо делать операцию, если грыжа - операция, если что-то с кишечником и часть удалили, то сшивают участок, все четко и ясно. В урологии: почки всего две, а это мало и уже очень сдержанно подходишь к удалению или к операции на почке, потому что делать второй раз операцию на одном и том же месте очень тяжело. Большинство болезней хронические, хотя вообще все болезни хронические. Нельзя сказать, что человек после острой болезни выздоровел и стал абсолютно здоров, такого практически не бывает. К примеру, после удаления камней из почки, нет никаких гарантий, что они снова не образуются, очень большой процент рецидива. В этом плане было тяжело, я же хирургическую школу прошел, у меня навыки хирургические, хирургическое мышление, а здесь немного надо было привыкать. Но у меня были хорошие наставники: Бородин Геннадий Семенович, Мусин Данис Хавилович, Дмитриев Александр Фадеевич, в этом плане мне очень повезло. Коллектив был прекрасный.

Был случай, когда во время операции пополам сломался операционный стол, и пришлось под края стола подставлять стулья, выпрямлять стол и в таких условиях заканчивать операцию.

- Как справлялись с негативными моментами в работе?

- Вся медицина, процентов на 60, зависит от контакта с пациентами. Зачастую болеющий человек ведет себя очень настороженно, почти у всех появляется страх. Особенно, если люди возрастные. Приходится искать подход к каждому, выбирать момент, когда и что следует сказать. Сейчас идет такая тенденция, что пациенту нужно говорить откровенно и прямо о диагнозе, рекомендации такие, что пациент должен все знать о себе. Но я за то, чтобы учитывать психологическую готовность пациента к восприятию информации. Иногда болезни прогрессируют, состояние ухудшается, настроение у пациента портится, тут надо чувствовать, когда и что ему сказать. Дозированно надо подходить.

new_202110023.jpg

- Но положительного все же больше?

- Положительного, конечно, больше. Сама работа. Без работы ведь тяжело, она настроение поднимает и в тонусе держит. Я сейчас один из старейших работников больницы, бок о бок с молодыми тружусь и мне это приносит определенное удовлетворение, придает настрой и тонус в жизни. Считаю, что на жизнь влияет то в какой среде работаешь, на настроение, на состояние, а когда с молодыми работаешь, то потихоньку подтягиваешься, стимул есть. Я очень благодарен коллективу.

- За время Вашей работы точно накопилось много историй из практики, поделитесь?

- Был как-то случай во время ночного дежурства, когда я еще работал хирургом: привезли пациента с криминальной травмой, с ранением и кровотечением в области позвоночника, повреждением позвонка, костной ткани. Кровотечение никак не удавалось остановить, по-разному делали, а оно не останавливалось. Коагуляторов в то время не было, хотя это и простое оборудование. И кто-то из коллег предложил взять большие травматологические ножницы для срезания гипса, на стерилизатор налили спирт и раскалили эти ножницы до красна, и прям в кость, прижгли и остановили кровь.

Был еще случай, который навсегда в памяти остался, он и научил тому, что не надо быстро удалять органы, в частности почки. У одного пациента был камень в левой почке, причем коралловидный большой, почка вся больная и с этим камнем чего только не делали и дробили камень, и Геннадий Семенович Бородин его несколько раз оперировал, три или четыре раза он в Москву ездил и там ему предлагали удалить почку, и здесь предлагали, а он отказывался. И вот однажды он приходит и жалуется на кровь в моче. Мы его обследуем и диагностируем рак правой почки, которая была здорова ранее. Я сделал ему операцию, удалил правую почку и во время операции одновременно левую почку всю почистил, а там с полкилограмма камней и почка в плохом состоянии, тяжело было. После операции он еще 10-15 лет жил, и камни в левой почке больше не образовывались, анализы нормализовались. Вот это удивительный случай! И вот как болезнь действует, в левой почке постоянно камни образовывались, вся больная была, а удалили правую почку, та, которая была здорова, но позже поражена онкологией, и все, и камни не появлялись и операций больше не было. Вот такой удивительный случай! Медицина все-таки очень интересная, удивительная наука, и человеческий организм, действительно, поражает. Человеку, наверно, его полностью изучить невозможно.

Много таких случаев было, этим, наверно, урология и отличается от хирургии, тут подход более консервативный, то есть, прежде чем удалять или оперировать, десять раз нужно все взвесить, проверить. Не зря же В.Г. Плеханов сказал «Лучшая операция та, которая не сделана».

- По Вашему мнению, отличаются ли доктора Вашего поколения от нынешних молодых специалистов?

- Конечно, отличаются. В первую очередь тем, что сейчас все более автоматизировано, раньше все равно было тяжелее диагноз поставить, нужно было потратить больше времени, больше задуматься, а сейчас, например, сделали компьютерную томографию и на 90% диагноз понятен. И на счет тактики: сейчас существуют стандарты, рекомендации и с одной стороны по ним может проще работать, но с другой, мое мнение, как опытного врача, все равно должен быть гибкий подход, эти рекомендации не должны освобождать врача от логического мышления и от ответственности за лечение.

- Вы долго в профессии, как удается сохранить неподдельный интерес к работе?

- Со школьных лет знал, что пойду в медицину, меня к этому готовили и постоянно говорили об этом. У меня это на подкорке. В наши школьные, институтские годы такого прагматизма, как сейчас, не было. Все мы воспитанники коммунистической идеи, все мы верили, что будет лучше, что человек будет лучше. Мы воспитаны в таком духе, не зря есть поговорка «Чем наполнена посуда, то оттуда и выльется», все равно это остается, хоть и осознаешь сейчас, что жизнь изменилась, но это остается. За время работы, мы настолько в нее внедрились, что ничего другого не представляешь, да и, честно говоря, не умеешь.

Вообще работа доставляет удовольствие, удовлетворение, во-первых, работа в молодом коллективе в тонусе держит, во-вторых, какой-то внутренний задор, азарт еще есть. Сложные операции, сложная помощь, когда люди вынуждены приезжать из других городов, родственников привозят, и когда удается помочь, конечно, это доставляет удовлетворение, да и признание пациентов стимулирует. Я считаю, что бездельничать тяжело, бездельничать даже тяжелее, чем работать. Был у меня пациент, у него после травмы - перелома таза, стал зарастать мочеиспускательный канал и человек не мог помочиться. И он где только не оперировался: в клиниках, институтах, у профессоров, начинал с Хабаровска, затем в Красноярске, в Москве лечился и оперировался. А потом оказался в Нижневартовске по работе и поступил к нам. Изменения были огромные: весь мочевой пузырь в камнях. Я его прооперировал, тяжелая операция была, но прошла хорошо и после этого нормализовалось все, восстановилось. Он очень благодарен был. И тот факт, что после стольких попыток лечения в разных городах, у разных специалистов не было результата, а помог простой врач из Нижневартовска, конечно, тешит мое самолюбие, я получил огромное удовлетворение.

- Какие выводы вы сделали за столько лет практики?

- Сейчас ввели такое современное понятие «золотой стандарт» и относят его к разным сферам, в том числе и к медицине, очень много печатных работ на эту тему издано. А на практике не всегда он может применяться, да и со временем понимаешь, что эффективнее, что лучше. Очень много таких случаев, которые под публикуемые «золотые стандарты» не попадают и вырабатывается на все свое мнение, здесь так лучше, а здесь вот так. Например, пересадка мочеточников, пластические операции, по «золотому стандарту» одно, но я его пробовал, и он не совсем те результаты дает, я проанализировал и стал по-другому делать и очень хорошие результаты получились. У меня было много пациентов из других больниц на повторные операции. На каждую патологию, на каждый случай должно формироваться свое мнение, и каждый врач должен анализировать, выбирать что лучше, как лучше. Стандарты- это одно, а конкретный случай должен рассматриваться индивидуально.

- Что бы вы хотели пожелать коллегам?

- Я поздравляю всех врачей-урологов с праздником! Пожелать хочу успехов, терпения, освоения новых методик, приобретения навыков, опыта и анализа медицины, хирургии, ведь урология без анализа сама по себе быть не может.
Отдельно, хочу обратиться с наилучшими пожеланиями к нашему урологическому отделению. Я люблю коллег, люблю урологов, люблю наше отделение, медицинских сестер нашего отделения. Все наши врачи-урологи высококвалифицированные, сдержанные, стрессоустойчивые люди, которые осознанно пришли в урологию.